Участие донских казаков в Отечественной войне 1812 года

В 2012 году исполняется 200 лет с того момента, когда государство Российское в Отечественной войне 1812 г. отразило нападение величайшего завоевателя того времени – французского императора Наполеона. Не последнюю роль в этой славной победе сыграли казачьи полки войска Донского под командованием М.И. Платова.

Казачий историк И. Быкадоров сто лет назад, когда Россия тоже праздновала юбилей войны 1812 г., писал: «В эту тяжелую годину вторжения в пределы нашего Отечества 29 различных народностей Россия вышла победительницей и изгнала врагов из пределов своих только благодаря глубокой любви и преданности русского народа своей Вере, Царю, Родине и заветам предков. … Народы, предводительствуемые Наполеоном, опиравшиеся на законы его, законы человеческие, были побеждены народом русским, руководившимся в делах своих законами Божиими, черпавшим силы свои в единении с Царем, в глубокой вере в Бога; народом, у которого в каждом была готовность «положить живот свой за други своя». В случае неудачи России грозило порабощение, разрушение вековых ее устоев, верований, благосостояния народа, поругание религии, осквернение храмов; переустройство, как и на Западе, несогласное ни с духом, ни с верованиями, ни с интересами народа, а в интересах только Наполеона».

Следует отметить, что хотя казаков в то время в Европе всерьез не воспринимали, именно в этой войне они смогли сыграть большую роль. Вот как говорил об этом казачий историк А.А. Гордеев: «Движение армий отдельными колоннами на широком фронте представляли возможность применять широкие маневры и, используя подвижность, действовать на флангах и в тылах противника. Казачья конница к началу XIX столетия сохраняла еще все формы легкой конницы кочевых народов… Главную боевую тактику казачьей конницы составляло умение применять на широких фронтах лаву конных масс, способную все время держать противника под угрозой нападения, проникновение на фланги и в тылы и готовность атаки на широком фронте, окружение и полное уничтожение противника. Казачьей коннице были еще чужды уставные построения сомкнутых строев, малоподвижных масс конницы европейских народов. Война 1812 – 1813 годов против Наполеона была последней, в которой Донские казаки могли проявить высшие качества полевой легкой конницы, отжившего мира кочевников. Благоприятными условиями для деятельности казачьей конницы в этой войне было то, что еще были высшие казачьи начальники, хранившие умение применять лучшим способом легкие конные массы, но еще и то, что казачьи части распределялись не только между отдельными армиями, но держались в больших соединениях под властью одного военачальника».

В «Записке о донских казачьих полках, находящихся на службе», составленной войсковым атаманом М.И. Платовым в мае 1812 г., отмечалось, что в составе русской армии находилось 65 донских казачьих полков, 2 конно-артиллерийские роты, 13 команд, 112 штаб-офицеров, 1 173 обер-офицера, 1 092 урядника и писаря, 39 639 казаков. Кроме того, в ходе формирования уже во время войны Донского ополчения в армию направили 26 полков и полуроту донской конной артиллерии общей численностью 15 465 казаков. В конце сентября – начале октября полки поступили в авангард русской армии. Первоначально М.И.Кутузов предполагал все полки Донского ополчения направить на усиление армейских партизанских отрядов Главной армии, но затем решение было изменено. Служилые полки Попова 13-го и ополченские Андрианова 1-го и Андрианова 3-го, не доходя до Тарутино, направлены в партизанский отряд подполковника Д.В. Давыдова и начальника Калужского ополчения генерал-лейтенанта В.Ф. Шепелева. Прибывшие 5 октября и назначенные в авангард под командованием генерала М.А. Милорадовича ополченские полки Чернозубова 4-го, Ежова 2-го, Сучилина, Грекова 1-го, Попова 3-го, Ребрикова участвовали в сражении 6 октября под Тарутино наряду с ранее находившимися при Главной армии донскими полками. Большая часть Донского ополчения направлена в летучий корпус войскового атамана М.И. Платова, три полка в авангард Главной армии под командованием генерал-майора А.А. Карпова 2-го, незначительная часть в партизанские отряды генерал-майора И.С. Дорохова, подполковника Д.В. Давыдова, капитана А.С. Фигнера, донского полковника И.Е. Ефремова. При освобождении Москвы от французов донские полки из отряда генерал-майора Ф.Ф. Винценгероде первыми вошли в город, спасали его от разрушения и пожаров, предотвратили взрыв кремлевских стен и башен.

Одним из самых ярких эпизодов войны 1812 г. стали события в октябре 1812 г. под Малоярославцем, когда три казачьих отряда, отправленные    М.И. Платовым в разведку, едва не взяли в плен Наполеона. Вот как описывал это событие И. Быкадоров: «Начальники вышеуказанных партий съехались и решили захватить орудия. Донцы  скрытно подошли поближе и, быстро построившись в лаву, с гиком понеслись и на артиллерию, и на прикрытие. Артиллерия бросилась в сторону целиной, но донцы настигли ее, перебили прислугу и захватили 50 орудий. Пока одни казаки поворачивали пушки, намереваясь их увезти, другие бросились на обозы, часть рассыпавшихся казаков налетела на неприятельский эскадрон, стоявший на месте близ с. Городни. Посреди эскадрона был сам французский император Наполеон. Заря только что занималась, и нельзя было отличить его от других офицеров. Казаки изрубили часть эскадрона, но с другою частью Наполеон успел ускакать. Если бы донцы знали, что на месте боя находится сам Наполеон, конечно, бросили бы и обоз и артиллерию. На выручку артиллерии подоспела французская кавалерия. Донцы захватили 11 орудий, испортив остальные, часть обоза и отступили».

Подвиги донских казаков были высоко оценены М.И. Кутузовым. 17 января 1813 г. Кутузов писал Платову: «Почтение мое к Войску Донскому и благодарность к подвигам их… которые были главнейшею причиною истребления неприятеля, лишенного вскорости всей кавалерии и артиллерийских лошадей, следовательно, и орудий, неусыпными трудами и храбростью Войска Донского…».

В свою очередь, император Александр I в манифесте Донскому войску от 13 апреля 1813 г. подчеркивал, что «мужественная и неутомимая бдительность войскового атамана Графа Платова, також и сподвизавшихся с ним всех войска сего храбрых генералов, офицеров и всех вообще донских урядников и казаков, много способствовали к преодолению великих сил неприятельских и к одержанию над ними полных и знаменитых побед: они непрестанными на него нападениями и частыми с ним битвами везде возбраняли ему способы к продовольствию, и через то привели всю многочисленную конницу его в совершенное изнурение…».

В войне 1812 г. прославились многие донские офицеры и генералы. Особо выделяется род Иловайских – в войне участвовали семь сыновей генерала Дмитрия Ивановича Иловайского, все они стали георгиевскими кавалерами, а четверо – генералами. Но самым известным из участников войны 1812 г., безусловно, является М.И. Платов. В 18-летнем возрасте он уже командовал полком. Казаки под его командованием 11 декабря 1790 г., вооруженные одними пиками, в составе отдельной штурмовой колонны ворвались в неприступный Измаил. В 1799 г. М.И. Платов и другой будущий герой Отечественной войны 1812 г. генерал А.П. Ермолов были сосланы в Кострому. Платов проживал на Павловской улице в д. № 6 (современный проспект Мира). На его средства был построен придел к церкви Рождества Христова на Суле. Она находилась в центре квартала между Сусанинской площадью, улицами Пятницкой, Богоявленской и Царевской (современная ул. Симановского и проспект Текстильщиков). До наших дней церковь не сохранилась, она была разрушена в 1935 г. В 1800 г. Платов был даже посажен в Петропавловскую крепость. Однако в 1801 г. его освободили для участия в походе донских казаков в Индию. В этом беспримерном походе, в который отправился 41 донской полк (22 тыс. человек), М.И. Платов командовал колонной из 13 полков. Но 23 марта в селении Мечетном Саратовской губернии казаки получили рескрипт нового императора Александра I о возвращении. Особо следует отметить, что за все время похода потерь в людях не было. 26 августа 1801 г. М.И. Платов стал войсковым атаманом и оставался в этой должности до самой смерти в 1818 г. В 1805 г. он перенес войсковую столицу в Новочеркасск, так как станица Черкасская часто подвергалась наводнениям. В войне 1812 г. корпус под его командованием участвовал в сражениях у Мира, Бородина, Тарутина. Наиболее отличились казаки под Миром, где с помощью старинного тактического приема под названием «вентерь» были разбиты три польских уланских полка французской армии, и при Бородине, где корпус М.И. Платова совершил рейд в тыл французской армии, тем самым сковав на время французские резервы. Вот как описывал этот яркий эпизод казачий историк Быкадоров: «Разъезды Платова выяснили, что за Колочей, на левом фланге у французов, осталось мало войск. Атаман, узнав это, испросил разрешения Кутузова сделать поиск в тыл неприятеля. Главнокомандующий согласился и дал приказание ему и кавалерийскому корпусу Уварова – атаковать левый фланг французов, ставя целью – атакою оттянуть часть французских войск от батареи Раевского… Уваров первую атаку возложил на бывших под его командой лейб-казаков и гусаров под начальством гр. Орлова-Денисова. Лейб-казаки быстро перешли ров, несмотря на огонь артиллерии, бросились в атаку и с первого налета отбили два орудия. Но к французам сюда подоспели подкрепления, и неприятель успел построиться в колонну у плотины через р. Войну, в которой и укрылся прискакавший сюда Мюрат. Но этим и ограничился успех Уварова, так как перейти через плотину он не мог. Между тем Платов, перейдя с донцами севернее Беззубова вброд р. Войну, выслал вперед несколько полков, которые рассыпались в кустах и зашли во фланг неприятельским колоннам и обозам, производя своим появлением смятение и тревогу. Несколько сотен бросилось на обозы. С главными силами Платов остался у гребли через Войну. Узнав о смятении и тревоге в тылу, Наполеон, не зная числа наших войск, находившихся здесь, приостановил атаку вице-короля на батарею Раевского, направив сильную колонну и сам лично поскакал сюда». По свидетельству участника Бородинского сражения, майора Болговского, «Платов, выходя из теснины, скрывавшей ничтожество его сил, опасался обнаружить малочисленность сил своих решительной атакой неприятеля, противопоставлявшего ему уже батарею. Он счел более полезным угрожать ему положением, которое оставило бы его в сомнении относительно его действительных сил, и, в конце концов, тревожил его только частями».

После заграничных походов русской армии, в которых казаки также принимали участие, М.И. Платов вернулся на Дон. В 1853 г. на деньги, собранные по подписке, по проекту известного скульптора П.К. Клодта в Новочеркасске поставили памятник М.И. Платову с надписью: «Атаману графу Платову за военные подвиги с 1770 по 1816 год признательные донцы» (памятник был снесен в 1923 г. и восстановлен в 1993 г.).

С.Ф. Балабин 2-й наиболее известен как командир прославленного Атаманского казачьего полка. По некоторым сведениям, именно этот полк под Малоярославцем чуть было не взял в плен Наполеона и его свиту.

В.В. Орлов-Денисов в наполеоновских войнах командовал другим прославленным полком – лейб-гвардии Казачьим. В.В. Орлов-Денисов был сыном войскового атамана Василия Петровича Орлова и внуком графа Ф.П. Денисова, который, не имея детей по мужской линии, передал фамилию и титул внуку. Его полк сражался при Бородине, Тарутине, Ляхове (где участвовал в пленении бригады генерала Ожеро), Красном. Однажды генерал ехал по дороге в сопровождении одного урядника и обнаружил колонну отступающих французов в количестве 400 человек, которые сдались, услышав его имя. Но особенно лейб-гвардии Казачий полк отличился в «битве народов» под Лейпцигом 4 октября 1813 г. В критический момент боя, когда французская кавалерия прорвала центр русской позиции, Александр I бросил в бой лейб-казаков, и те сдерживали французов до подхода остальных сил союзной кавалерии. В награду полк получил знамя с надписью: «За отличие при поражении и изгнании неприятеля из пределов России 1812 года и за подвиг, оказанный в сражении при Лейпциге 4 октября 1813 г.».

Полк В.Д. Иловайского 12-го стал первой русской частью, вошедшей в Москву после оставления ее французами, причем казаки при этом разбили полуторатысячный французский арьергард. Очевидец сражения, генерал-майор Ф.Ф. Винценгероде, доносил Александру I: «Считая всегда венгерскую конницу первою в мире, после виденной мной атаки Иловайского я должен отдать преимущество казакам перед венгерскими гусарами».

Сами французы по-разному оценивали действия казаков в войне. Вот как говорилось о казаках в официальном документе: «Он (неприятель) окружил все колонны казаками, которые, подобно Аравитянам в пустынях и степях, брали отставшие и сбившиеся с дороги повозки и обозы. Сия жалкая конница, один только шум производящая и не могущая пробиться сквозь роту вольтижеров, сделалась страшною от благоприятствовавших ей обстоятельств. Однако же неприятель раскаивался при всяком покушении, на кои он отваживался, был опрокидываем Вице-Королем [Итальянским], как скоро оный перед ним являлся, и лишился при том множества людей» (29-й бюллетень Великой армии/Санкт-Петербургские ведомости № 4 от 14 января 1813).

Но после войны ее участники по-другому заговорили о казаках. «Не знаешь, - писали в то время про казаков французы, - как против них действовать; развернешь линию – они мгновенно соберутся в колонну и прорвут ее; хочешь атаковать их колонной – они быстро развертываются и охватывают ее со всех сторон…». «Казаки делают войну весьма опасной, - писал француз де Брак, - в особенности для тех офицеров, которые предназначены производить разведки. Многие из них довольствовались обыкновенно тем, что успевали узнать от местных жителей, и из опасения наткнуться на казаков никогда не проверяли на месте эти показания, а потому император не мог узнать того, что происходило в неприятельских войсках…». Другой француз, генерал Моран, поражался лихости и увертливости казаков. «…Казаки, кидаясь в атаку, - писал он, - обыкновенно несутся маршем и хорошо останавливаются на этом аллюре. Их лошади много способствуют смелости и со своими всадниками составляют как будто одно целое. Эти люди, будучи осторожны, не требуют особых попечений о себе, отличаются необыкновенной стремительностью в своих действиях и редкой смелостью в своих движениях». «Военная история представляет нам много весьма поучительных примеров, - пишет англичанин Нолан, - того превосходства казаков над регулярной кавалерией, которым не следует пренебрегать и которое не должно забывать». В ходе войны сам Наполеон давал высокую оценку военному искусству казачьих войск. «Казаки – это самые лучшие легкие войска среди всех существующих. Если бы я имел их в моей армии, я прошел бы с ними весь мир».

 

Смотри также:

200-летие победы России в Отечественной войне 1812 года

 

Размещен:Размещено:
15.08.2012 19:25:55|
Изменено:
10.02.2015 11:24:27|
Количество просмотров:
6170

В начало страницы

344050, г. Ростов-на-Дону, ул.Социалистическая, 112, rra@donpac.ru

Справочные телефоны,       Сообщить об ошибке

© Правительство Ростовской области

О сайте и использовании информации